Они расслабляют и помогают собраться

Это худшее заблуждение из всех, что связаны с сигаретами, и я приравниваю его крушение к окончанию рабства, а величайшую пользу прекращения — к тому, что не надо больше жить с вечным чувством незащищенности, от которого страдают курящие.

Курильщикам бывает очень сложно поверить, что сигареты на самом деле и вызывают то неспокойное чувство, которое бывает поздно вечером, когда заканчиваются сигареты. Некурящие не страдают от этого чувства. Его вызывает сам табак.

О многих преимуществах от прекращения я узнал лишь месяцы спустя, посовещавшись с другими курящими.

В течение двадцати пяти лет я отвергал медицинскую страховку. Когда страховал жизнь, настаивал, чтобы не было «медицинских случаев» и платил наценку. Я ненавидел ходить в больницы, к врачу или стоматологу. Я терпеть не мог мысли о старении, о пенсии и пр.

Ничего из этого я не относил на счет моей «привычки» курить, но избавиться от нее было как очнуться от дурного сна. Сейчас я с нетерпением жду каждый следующий день. Неприятные вещи, конечно, иногда случаются в моей жизни, и я подвержен нормальным волнениям и напряжениям, но здорово то, что теперь у меня есть уверенность, которая помогает с ними справиться, а еще — лишнее здоровье, силы и собранность, помогающие лучше насладиться в хорошие времена.

Эти зловещие черные тени

Еще одна из великих радостей свободы от табака — избавление от зловещих черных теней на задворках разума.

Все курильщики осознают свою глупость и отворачивают разум от вредных воздействий курения. Почти всю жизнь мы курим механически, но черные тени постоянно скрываются в нашем подсознании у самой поверхности.

Есть несколько потрясающих выгод, которые можно получить, перестав курить. Некоторые из них я осознавал: угрозу для здоровья, трату денег и откровенную глупость всей жизни курильщика. Тем не менее, я так сильно боялся прекратить, так одержимо отметал все попытки добродетелей и всех остальных, кто уговаривал меня перестать, что все мои силы и воображение шли на поиски любых, самых шатких оправданий, которые давали мне право продолжать курить.

На удивление, самые хитроумные мысли приходили мне в голову тогда, когда я искренне старался завязать сам. Конечно, они были внушены ужасом и горем, от которых я мучился, пытаясь прекратить курить через силу воли. Мне ни за что не удавалось отвернуть разум от вопросов денег и здоровья. Но теперь, когда я на свободе, меня поражает то, как я с успехом отворачивал разум от куда более важных преимуществ. Я уже упоминал откровенное рабство: проводишь половину жизни, имея возможность курить, делая это автоматически и мечтая, чтоб никогда не довелось начать; а вторую половину в тоске и лишениях, потому что курить не позволяет общество. В предыдущей главе я упоминал потрясающую радость, когда снова появляются силы. Но для меня самой большой радостью на свободе оказалось не здоровье, не деньги, не силы, и не конец рабства — а избавление от этих зловещих черных теней, исчезновение чувства презрения со стороны и вины по отношению к некурящим, и самое главное — способность уважать себя.



Большинство курильщиков — не безвольные и бесхребетные тряпки, которыми склонны их считать как они сами, так и общество. Остальные жизненные вопросы у меня всегда были под контролем. Но я ненавидел и презирал себя за зависимость от чертова табака, который, я знал, разрушает мою жизнь. Не могу передать словами бурную радость освобождения от этих зловещих черных теней, от зависимости и самобичевания. Не могу передать, как здорово смотреть на всех оставшихся курильщиков, будь они стары или молоды, кури постоянно или по случаю, и чувствовать к ним не зависть, но жалость, ликуя оттого, что ты больше не раб этому коварному зелью.

Две последние главы касались существенных преимуществ жизни без сигарет. Я ощущаю необходимость уравнять счет, поэтому следующая глава посвящена преимуществам курения.

Преимущества курения

Воздержание через силу воли

В нашем обществе принято считать, что перестать курить очень сложно. Даже книги, которые дают советы, как это сделать, обычно начинаются с рассказа о том, как это тяжело. А на самом деле это легко до смешного. Да, понимаю ваши сомнения в этом факте, но хотя бы рассмотрите его.

Вот поставь вы себе цель пробежать в четыре минуты милю — это было бы тяжело. Можно многие годы подвергаться тяжелым тренировкам, и даже после этого оказаться физически неспособным сделать это. (Большая часть наших достижений лежит в сознании. Не странно ли, каким тяжелым всё казалось до того, как Роджер Баннистер поставил реальный рекорд, а сегодня такой результат — сплошь и рядом?)



Тем не менее, чтобы перестать курить, вам нужно одно — не курить больше никогда. Никто вас курить не заставляет (кроме вас самих), и, в отличие от еды и питья, для выживания это не требуется. Так отчего же перестать должно быть сложно, если вам хочется перестать? В общем, ни от чего. Усложняют все сами курильщики, пользуясь Методом силы воли. Методом силы воли я зову любой способ, который заставляет курильщика чувствовать, будто он приносит некую жертву. Давайте же рассмотрим такой Метод силы воли.

Начать курить — не наш выбор. Мы всего‑навсего пробуем первые несколько сигарет, и благодаря их ужасному вкусу получаем убеждение, будто сможем перестать, когда захотим. В основном эти первые сигареты мы курим только по желанию, причем обычно в компании других курильщиков на каком‑нибудь общественном мероприятии.

Не успев еще осознать этого, мы уже не только регулярно их покупаем, и курим уже не по желанию, а каждый день. Курение становится частью нашей жизни. Мы заботимся, чтобы при нас всегда были сигареты. Мы обретаем уверенность, что они улучшают праздники и обеды, помогают облегчить волнение. Нам никогда не приходит в голову, что у той же сигареты из одной пачки будет после обеда абсолютно тот же вкус, что первым делом, с утра. На самом деле курение не улучшает ни прием пищи, ни праздники, равно как не облегчает волнение: просто курильщики убеждены, что не смогут насладиться едой и справиться с волнением без сигарет.

Обычно проходит много времени, прежде чем мы осознаем, что втянулись, потому что нами владеет иллюзия, будто курильщики курят ради удовольствия от сигарет, а не ради нужды в них. А когда мы не получаем от сигарет удовольствия (то есть всегда), нами еще владеет иллюзия, что можно перестать когда угодно.

Как правило, только попробовав завязать на деле, мы узнаем, что с этим есть проблемы. Первые попытки бросить обычно случаются не в ранние времена, а позднее, и вызываются нехваткой средств (парень встречает девушку, они начинают откладывать на квартиру и не хотят тратить деньги на сигареты) или здоровья (подросток продолжает активно заниматься спортом, и вдруг замечает нехватку дыхания). Какова ни окажись причина, курильщик всегда ждет напряженной ситуации с деньгами либо со здоровьем. Стоит ему перестать, маленькая тварь берется требовать корма. Тогда курильщик хочет сигарету, а поскольку ему нельзя, начинает переживать еще больше. Вещи, которой он привык облегчать волнение, больше нет, поэтому на него рушится тройной удар. Скорее всего, после периода мучений итогом станет компромисс: «Буду курить меньше», или «Не то время выбрал», или «Подожду, пока в жизни будет меньше нервов». Но когда переживаний нет, то завязывать становится незачем, и это решение больше не принимается до следующего периода волнений. Время же, естественно, всегда окажется не то, потому что любая жизнь приносит не все меньше стресса, а напротив — все больше. Мы оставляем родительскую опеку и выходим в мир, где ставим на ноги хозяйство, принимаем денежные обязательства, заводим детей, ответственные должности, и т.д. Естественно, жизнь тревожит курящего не меньше других, потому что волнение на самом деле и вызывается сигаретами. С увеличением количества никотина, которое потребляет курильщик, он становится все более угнетенным, и все больше растет в нем иллюзорная зависимость.

На самом деле жизнь не приносит больше и больше волнений: это иллюзия, и рождает эту иллюзию само курение, либо сходная с ним «опора». Вопрос будет подробнее рассмотрен в главе 28.

После первых неудач курильщик, как правило, полагается на то, что проснется одним утром, а курить вдруг возьмет и перехочется насовсем. Такое поверье обычно разжигают истории, которые ему доводилось слышать о тех, кто завязал (вроде: «Раз на меня напал грипп, и с тех пор курить уже не хотелось»).

Не стоит себя обманывать. Мне доводилось проверять такие слухи, и они всегда не настолько просты, как кажутся. Обычно этот курильщик уже готовился завязать, и просто использовал грипп как отправную точку и стимул. Я провел тридцать с чем‑то лет, ожидая, что проснусь однажды утром и больше никогда не захочу курить. Но всякий раз, поймав сильную простуду, я с нетерпением ждал ее конца, потому что она мешала курению.

Чаще в случае человека, который «взял и перестал», этому человеку довелось пережить некий шок. Возможно, близкий его родственник умер от болезни, связанной с курением, или он сам был близок к ней. Обычно куда проще заявлять: «А я вот решил, что когда‑нибудь брошу. Вот какой я молодец». Хватит себя обманывать! Этого не произойдет без вашего прямого участия.

Давайте рассмотрим подробнее, отчего Метод силы воли вызывает такие сложности. Большую часть жизни мы принимаем стратегию «головы в песке», или «С завтрашнего дня не буду».

Иногда бывает, какая‑то вещь вызывает попытку завязать. Она может касаться здоровья, денег, клейма в обществе, либо человека может очень сильно одолевать кашель, и он вдруг понимает, что курить ему на самом деле не нравится.

Каким ни окажись повод, мы вытаскиваем голову из песка и начинаем взвешивать плюсы и минусы курения. И следом выясняем то, что знали всю жизнь: по здравом размышлении вывод дюжину раз подряд будет такой — ХВАТИТ КУРИТЬ.

Если сесть и подсчитать по десятибалльной шкале все преимущества того, чтоб перестать, а потом такую же задачу решить с преимуществами курения, общая сумма очков за прекращение далеко превысит недостатки.

Тем не менее, хоть курильщик и знает, что без сигарет жить будет лучше, он все равно верит, будто приносит что‑то в жертву. Пускай это иллюзия, но у этой иллюзии очень большая власть. Каким образом — курильщик не знает, но он уверен, что в жизненных радостях и печалях сигареты вроде помогали и впрямь.

Еще до начала попытки мозги у него промыты нашим обществом, впридачу — промывка от его зависимости. Также нужно прибавить еще более сильную промывку: «как тяжело бывает бросить».

Ему доводилось слышать о курильщиках, которые не курили долгие месяцы, и все равно в отчаянии изнывали по сигаретам. Куча завязавших нытиков (людей, которые прекращают курить, а потом всю жизнь ноют и стонут, что им бы сейчас сигаретку). Он слышал о курильщиках, которые не курили много лет и даже, видимо, неплохо жили, но выкурили всего одну сигарету и вдруг снова втянулись. Еще он наверняка знаком с несколькими курильщиками на тяжелых стадиях болезни, которые откровенно себя убивают и явно не получают от сигарет удовольствия — и все же продолжают курить. Впридачу ко всему, он наверняка и сам пережил один из подобных случаев.

И вот, вместо того, чтобы начать с чувством: «Как здорово! Слышали новость? Мне больше не придется курить», он берется за дело в тоске и печали, будто готовясь карабкаться на Эверест, искренне веря, что, стоит маленькой твари запустить в тебя крючья, она цепляется на всю жизнь. Многие курящие даже начинают попытку с извинений перед родными и близкими: «Слушайте, я тут попробую бросить курить — наверное, следующую пару недель буду ходить нервный. Постарайтесь на меня не обижаться». Большинство попыток обречено с самого начала.

Предположим, что курильщик сможет вытерпеть несколько дней без сигарет. Его засоренные легкие быстро очищаются. Сигарет он не покупал, соответственно, у него в кармане завелись деньги. И вот, главные причины, по которым он прекращал курить, быстро испаряются из его мыслей. Это как увидеть за рулем тяжелую автокатастрофу. На некоторое время сбавляешь газ, но потом, опаздывая на какую‑нибудь встречу, забываешь про все на свете и давишь педаль в пол.

На другой стороне каната наша маленькая тварь, которая сидит в животе и хочет дозу. Физически ничего не болит: если бы такое чувство вызвал у вас сквозняк, вы работали бы себе дальше без всякой депрессии. И вообще посмеялись бы. Курильщик же знает только одно: ему нужна сигарета. Что конкретно в ней такого важного, он не знает. И вот, маленькая тварь запускает в действие большую тварь, сидящую в голове, и человек, который несколько часов или дней назад расписывал причины за то, чтобы перестать, теперь отчаянно ищет любое оправдание, которое позволит ему начать снова. Он уже говорит вот что:

1. Жизнь коротка. Все там будем. Я вообще завтра могу попасть под автобус. Мне уже поздно. И вообще, сейчас про все говорят — может вызвать рак.

2. Я выбрал неподходящее время. Надо было переждать Новый год / мой день рождения / эти нервные дела в моей жизни.

3. Так невозможно сосредоточиться. У меня портятся нервы и характер. Я не могу нормально работать. В итоге моя семья и друзья меня возненавидят. Давайте говорить начистоту, ради всеобщего блага мне нужно снова закурить. Я заядлый курильщик и никогда, ни за что не смогу жить счастливо без сигарет. (из‑за этого пункта я курил все тридцать три года).

На этой стадии курильщик обычно сдается. Он закуривает сигарету, и помешательство растет. С одной стороны, при утолении жажды наступает громадное облегчение, когда маленькая тварь, наконец, получает дозу; с другой стороны, если курильщик вытерпел долгое время, сигарета ужасна на вкус, и становится неясно, зачем ее нужно курить. Именно поэтому курильщик решает, что ему недостает силы воли. А в действительности речь не о нехватке силы воли: он всего‑навсего передумал и принял совершенно разумное решение в свете последних сведений. Какой смысл быть здоровым, если тебе так плохо? А какой смысл быть богатым, если тебе так плохо? Абсолютно никакого. Куда лучше прожить счастливую короткую жизнь, чем длинную, но несчастную.

Хорошо, что это неправда — все как раз наоборот. Некурящим жить бесконечно приятнее, — но именно такое заблуждение заставляло меня курить тридцать три года, и, должен сознаться, будь оно правдой, я курил бы до сих пор (поправка — меня бы с вами не было).

Горести, от которых страдает курильщик, не имеют никакого отношения к ломке. Да, верно, она служит их началом, — но истинная агония происходит в уме, причем вызывается неуверенностью и сомнениями. Раз уж курильщик начинает с чувства принесения жертвы, он чувствует себя обделенным — это форма стресса. А мозг говорит ему «Перекури» в частности в моменты волнений. Следовательно, стоит ему перестать, он начинает мечтать о сигарете. Но теперь ее трогать нельзя, потому что он больше не курит. Это повергает его в еще большую депрессию, из‑за которой снова срабатывает тот же рефлекс.

Еще одна вещь, которая все усложняет — ожидание, когда что‑то произойдет. Если у вас будет цель сдать экзамен на права, то сдать этот экзамен означает увериться, что цель достигнута. Но в рамках Метода силы воли вы говорите: «Если получится продержаться без сигарет как следует долго, желание курить в итоге пропадет».

Откуда вам знать, когда вы достигнете этого момента? Вот ответ: вы его вообще не достигнете, потому что ждете, когда что‑то произойдет — а происходить больше нечему. Вы перестали курить еще тогда, когда выкурили свою последнюю сигарету, а сейчас на самом деле ждете, чтобы посмотреть, когда вы сдадитесь и сколько сможете продержаться.

Как я говорил выше, переносимая курильщиком агония происходит у него в уме и вызывается неуверенностью. Несмотря на отсутствие физической боли, ею производится мощный эффект. Курильщик страдает и чувствует себя беззащитным. Куда там забыть о сигаретах — его разум становится ими одержим.

Черная депрессия может длиться дни и недели. Его разумом владеют страхи и сомнения:

«Сколько же еще будет хотеться?»

«Смогу ли я когда‑нибудь жить счастливо?»

«Смогу ли просыпаться в нормальном настроении?»

«Как же я смогу отныне разбираться с волнением?»

«Будет ли мне теперь хоть раз хорошо в праздник?»

Курильщик ждет, когда все станет лучше, но, естественно, пока он тоскует и унывает, сигарета становится все более желанной.

На самом деле кое‑что происходит, только курильщик не осознает этого. Если ему удается вытерпеть три недели, совсем не вдыхая никотина, физическая никотиновая жажда пропадает. Тем не менее, как было сказано раньше, ломка от никотина так легка, что курильщик никогда не замечает ее. Но все же спустя примерно три недели, многие курильщики чувствуют, что уже «завязали». Тогда они закуривают сигарету, чтобы доказать это себе — что она и делает. Вкус ее ужасен, но курильщик все же успевает подать в тело никотин, и теперь, стоит ему потушить сигарету, этот никотин начинает покидать тело. И сразу тихий голос на задворках разума говорит ему: «Тебе хочется еще одну». Вообще‑то он уже завязал, но теперь подсадил себя снова.

Обычно курильщик закуривает вторую сигарету не сразу. Он думает: «Не хочу снова втягиваться». Поэтому он пережидает надежный промежуток времени. Это могут быть часы, дни, даже недели. И потом бывший курильщик вправе объявить: «Ага, я не подсел, так что можно спокойно выкурить еще одну». Он попал в ту же западню, что была в самом начале, и уже скользит в яму.

Курильщикам, которые добиваются успеха посредством Метода силы воли, обычно все дается тяжело и долго, потому что главная беда кроется в промывке мозгов, и долгое время после смерти физической зависимости курильщик все тоскует по сигаретам. В итоге, если он продержится очень долгое время, на него нисходит озарение, что сдаваться незачем. Он перестает унывать и признает, что без сигарет жизнь и продолжается, и вполне радует.

Многие курильщики добиваются успеха этим способом, но он сложен и тяжел для нервов, и количество неудач куда превышает число успехов. И даже вполне преуспевшие живут потом остаток жизни в уязвимом состоянии. У них осталось некоторое количество промытых мозгов, и они верят, будто сигарета способна поддержать и в горе, и в радости. (От той же иллюзии страдают многие некурящие. Они тоже подвержены промывке мозгов, но либо не могут выучиться «получать удовольствие» от курения, либо им даром не нужна его пагубная часть: нет уж, увольте.) Это объясняет, почему многие курящие, прекратив на долгий срок, потом закуривают снова.

Часто бывший курильщик иногда позволяет себе выкурить сигару или сигарету в виде «особого поощрения» или чтобы убедить себя, насколько она гадкая. Она и убеждает, но стоит вынуть ее изо рта — никотин начинает быстро покидать тело, и тихий голос на задворках разума говорит: «Тебе хочется еще одну». Стоит закурить еще одну, она все равно ужасна на вкус, и он говорит: «И чудесно! Пока удовольствия нет, втянуться невозможно. А после Нового года / праздников / всех этих бед — я перестану».

Поздно. Он уже втянут. Западня, в которую он провалился когда‑то, снова получила свою добычу.

Как я уже говорил, удовольствие здесь не при чем. И никогда не было! Если бы мы курили ради удовольствия, никто никогда не курил бы больше одной сигареты. Мы решаем, будто они приносят наслаждение, из одного лишь неверия: как может хватить глупости курить без удовольствия. Вот почему большую часть сигарет мы курим бессознательно. Если бы всякий раз, затягиваясь сигаретой, вам приходилось думать о вредных испарениях, которые попадают в легкие, и говорить себе: «За мою жизнь на это уйдет 50 000 фунтов, а еще из‑за этой самой сигареты у меня в легких может начаться рак», — то пропала бы даже иллюзия удовольствия. А когда пытаемся отвернуть разум от плохой стороны, мы чувствуем себя глупо. Предстать лицом к лицу перед всем этим было бы просто невыносимо! Если понаблюдать за курящими, в частности во время общественных мероприятий, то заметно, что довольны они лишь тогда, когда не замечают, что курят сигарету. Стоит им заметить — они, как правило, нервничают и извиняются. Мы курим, чтобы кормить нашу маленькую тварь… и, как только вы очистите тело от этой маленькой твари и мозг от большой — курить вам больше не потребуется и не захочется.


opasnoe-polozhenie-u-kamenskogo.html
opasnost-ezoteriki-i-meditacii.html
    PR.RU™